В деле расселения коммуналок надо было иметь семь пядей во лбу, трех архангелов-хранителей и астральную бронеплиту за анусом. Потому что прилететь могло снизу (от жильцов), сверху (от заказчика) и сбоку (от властей). Это не считая зоны инферно (братвы) у которой мог к тебе вспухнуть интерес в любой момент. Причем, в любой комбинации. Иногда и одновременно.

Самое опасное было как раз встрять с жильцами. Когда, например, все уже уехали по новым квартирам, а у последнего взыграло ретивое и он начинает из тебя кровь пить. Поначалу хотел однуху на Беговой за свою комнату, теперь ему двухи на Фрунзенской мало. У меня такого не было, Слава те Осспадя, я самых проблемных вывозил в первую очередь, но коллеги попадали.

Правда, для таких вариантов у нас присутствовала тревожная группа вьетнамцев-свингеров. Или шобла веселых алкоголиков-дебоширов с безупречными документами. Так же можно было устроить капремонт прям вокруг мятежной цитадели с долбежом стен нон стоп и ночными бдениями вокруг перфоратора. В общем и целом, расселить двуху нетрудно, треху-сложо, а дальше проблемы растут в геометрической последовательности.

И дернул же нас черт вписаться в расселение 10 комнатной хаты на Спиридоновке (ул Алексея Толстого тогда). Помимо сплоченного коллектива жильцов, количества коих я так и не выяснил, там присутствовали еще и "ничьи" метры. А это засада. Потому что надо было подключать начальницу местного ЖЭК. Уровень зажратости которой зашкаливал. Я ее помнил еще застенчивым головастиком, когда она радовалась любой зеленой бумажке и готова была ради нее на любые формы продажи Родины, но к времени описываемых событий Валентина Ивановна мутировала в полноценную 120 килограммовую жабу, которая меньше чем за 5000 грина и не квакнет.

Брала она только у своих, брала много, но, увы и ах, по старой советской привычке считала, что сама дающему ничем не обязана. Может сделаю, может-нет. Как правая нога захочет. Пару раз ее реально собирались закопать, но я воспротивился. Любая уголовщина вредит делу. Это только в народном эпосе "черные риэлторы" завтракают старушками, а ужинают ветеранами, хрустя хрящами и орденами. В реале любой уголовный момент -это бомба с заведенным часовым механизмом. Под твоей задницей. Потому что придут разбираться к собственнику. А тот, кто мог себе позволить в 90е купить хату за 100000 долл, вполне был в состоянии открутить риэлтору глупую башку забесплатно. Под девизом: "Ты меня за мои бабки в блудняк втравил, сука?" Потому визит родни из деревни с криком -"Вы куда баушку нашу дели, ироды?" чреват безымянными могилками барыг с паяльником вместо креста на холмике.

Я к Вале имел свой подход- ашхабадского призового скакуна Толика, которому было без разницы , на ком стипльчезить.Толика привозили , он галопировал на Валентине до победного, получал Большой Шлем и валил к себе на пасеку копить силы. Разомлевшая свинота делала все по моей указке за приемлемую цену. По свободным метрам мы договорились на два толика и 6000 долларов. Ударили по рукам.Толик доскакал до канадской границы и мы подали документы.

Сплоченный коллектив жильцов на совете порешил всем ехать вместе. В один подъезд. В Митино. Чтоб, значить, не разлучаться обчеством. А то детей вместе нянчили, больных сообща выхаживали-как же мы теперь друг без дружки? Пропадем!Прекрасно. Приезжаю в контору по продаже новостроек. Все чинно-благородно. Два усача показывают бумаги. Идеально. Мэрия доверила этой компании продажу принадлежащих ей квартир в новом доме. Дом достроен. В нем Жириновский живет и со-товарищи. Мол элита. Я, криво ухмыляюсь. Что ж добавим живительной струи народного общения новоявленным аристократам. Я вам покажу уплотнение 17 го года, буржуины проклятые!

Выкупаем 10 хат. И начинается переезд. Ей-Богу, цыганский табор по сравнению с нашей колонной был бы верхом респектабельности. В первом грузовике, поверх барахла,которое не на каждой свалке примут, ехала в цветастом засаленном халате главная бандерша коммуналки- Тоня, и горланила вольную песню "Едут по Берлину наши казаки", аккомпанируя себе на аккордеоне. Остальные жильцы довольно слаженно подпевали. Эхо разносило гиканье и свист по окрестностям. Смотреть на эту орду гуннов высыпали все соседи- митинцы.И застыли. Молча.-Чего пыритесь как Ленин на буржуАзию, бакланы?- гаркнула Тоня на зрителей. Таперя жить вместе будем!В глазах среднего класса появилось затравленное выражение. С балкона на нас глядел сын адвоката. Разинув рот. Впервые Вольфычу было нечего сказать.

И вот погибла Воронья слободка. То что не смогли сломить невзгоды и жэки за десятилетия, проклятая частная собственность свершила за считанные дни.

Приезжаю как-то в наш обезъянник. Встречаю хмурую Тоню. Пугаюсь.

- Ты меня зачем на%бал?

- Тонь, мне что жить надоело?

- Вот и я о том же. Ты мне что обещал?

- Антонина! Ты ж сама себе хату выбирала!

- Ты мне сказал, что у меня с этой суч@рой Танькой все поровну будет!

- Так у вас же квартиры одинаковые! Она ж под тобой живет! Такая же треха-один в один!

- Пошли!

Заходим в Танькину хату. Поначалу эти деятели даже двери не закрывали-чо, свои ж все люди !Идем в ванную.

- А это, блдь, что?

- Что-что?

- Вот это!

- Кафель.

- А почему у меня его нет!

- Хорошо. Погоди минуту.

Иду в машину. Возвращаюсь с топором.

- На!

- ???

- Круши его на$уй! Что б у вас все поровну было!

Тут появляется хозяйка.

- Ты чего это, бл@дь такая, удумала, а?!

- Кафелю твою...

- Х%яфелю! А х ты ж сук" подзаборная! Да я тебя!!!

Вой, визг, грохот, на шум сбегаются мужики и начинается общее месилово. Еле успел выскочить.

Потом Тоня всю ночь горланила песни под аккордеон в ванной. Поутру ее опять отму%охали. Через месяц жильцы уже не здоровались. Некоторые подходили и просили переселить их отсюда. Даже в меньшую площадь. К черту на кулички. "Лишь бы этих е%л постылых не видеть!". Не зря большевики с частной собственностью боролись! Портит она народ, ох портит!

Самая крутая уголовщина в моих делах появлялась именно тогда, когда все решали делать "по закону". Свинота Валентина Ивановна закусила удила и расчехлила рога. Поначалу я даже не понял, что она несет. Сплошной визг.

Оказывается, медовый Толик преподнес ей ашхабадский букет: гонорея, трихомонадоз и мандавошки в одном флаконе. Ат, бл@дь. Недоглядел. Теперь эту свиноматку не утихомирить. Все, это пи%дец. Сидим с Юрой, минорим.

- Может ей врача?

- Не поможет! Мы ее уязвили в самое душевлагалище. Тут дело принципа.

- А мы то тут причем?

- При том. НАШ Толик ей заразу приволок. Считай, что все вместе.

- Ну как же ты так облажался?

- Мне что, надо было ему в за%упу глядеть?

- Бл@дь, ты не мог другого му%ака найти?

- ГДЕ?!!! Где ты найдешь другого? Кто это трахать будет? Может сам?

- Кха! Грррр!!! (Юра подавился водкой) Ты что!!!

- На кону 250 000 долларов, на минуточку. Наших денег.

- Да ну на$уй! Я не смогу! Давай я за нее подпись поставлю-и все!

- Стоп. В идее есть рациональное зерно. Но не сам. А Костя.

- Он же сдерет нещадно!

- Именно. Но сделает все красиво.

Иду к Константину. Художнику своего дела. Любую подпись, любую печать сделает лучше оригинальной. Отдаю 500 долларов за закорючку. Самое выгодное мое вложение, как выяснилось потом. Оформляем хату на себя и продаем Пете. За 250000.

Петя, на наших глазах, приводит двух хохлов и впаривает им хату за полляма. Хохлы молча прошлись по хоромам, поглядели на наборный потолок в бывшей хозяйской биллиардной, почесали жопы и молвили "Добре!" И вынули из потертого вещмешка гроши.

Мы в шоке. Вот что такое класс! Мы тут два месяца рисковали всем, бодались со свиньями и вольным куренем жильцов, таскали их барахло, теряли нервы, а тут в пять минут- нате! Эх!

Дальше начинается цирк. Домовая свиноматка Валентина, узнав, что ее объехали на хромой козе, тут же одичала. И разом забыла принцип "На глупых собак не зови волков". То есть стукнула в мусарню. Идиотка. Я-то рассчитывал на то, что у нее ума хватит, с учетом количества пуха на рыле, не делать подобных резких движений. В конце концов, 6000$ ее ждали по первому требованию.

Но тут натура возобладала над разумом. Мы с Юрой свалили из города, что бы не попасть под горячую руку. Приезжаем через полгода. Тишина. Нас никто не ищет. В домоуправлении ни одной знакомой рожи. А где Валя? Лежит в дурке. Как выяснилось, она предусмотрительно сляпала себе диагноз - вялтекущую шизофрению, и при первых раскатах грома тут же свихнулась в Кащенко. То есть на всех документах по недвиге Патриарших красуется подпись шизофреника. Скажете-враки? Быть того не может? Ха! А депутат Хинштейн-спрошу я вас?

- Что Хинштейн?

- А то что в 90-е Александр Евсеевич сварганил себе шизу, что б в армию не идти. А шиза-статья неснимаемая. Вечкая. Как Каинова печать. И что же? Шизофрения никак не мешала Александру Евсеевечу быть депутатом Госдумы двух созывов. Законотворчествовать. Больной душой за народ тесниться. Да и сейчас оне Советник директора Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации. И директор, видимо, прислушивается к советам советника-шизофреника, раз не увольняет.Но я отвлекся.

Как выяснилось, экспертиза признала ее подпись ПОДЛИННОЙ. Но мусоров Валя сильно заинтересовала. Начали копать. А там- 40 бочек арестантов. Валя-шасть в дурку. Там она, уверен, прониклась сознанием непознаваемости бытия. "Я в хате был и не было меня, когда мента Натаха завалила"...Уверен, ночами хрюша с сомнением смотрела на свои шаловливые ручонки, что помимо воли хозяйки налагали релятивистские резолюции Шредингера на что ни попадя. И понимала, что , возможно, не врала врачам, когда настаивала на диагнозе.

Звоню Тоне, а там...ой мама...

Оказывается, те барбосы, что от имени мэрии торговали хатами-мэрию кинули. Хаты продали, а денюшки тю-тю. Для жильцов ситуация ничем страшным не грозила, но нервы помотали. Года два хаты были под арестом, потом мэрия утерлась.Но моим подопечным поди объясни,что я к этой афере ни ухом, ни рылом. Так что в Митино стараюсь не ездить.

Это были 90е, мы выживали, как могли.

 

Прислал: eku
30

0 2797 -33|+63