В 1992 году в Камбодже более-менее нормальная жизнь (если можно
так назвать тот восхитительный и опасный бардак, который творился в этой
стране) наблюдалась в двух городах: столице страны Пномпене и портовом
городе Кампонгсоме (теперь Сианук вилль в честь вечно молодого 80 с
лишнем летнего принца Сианука. В стране запрещалось размещать на улицах
его портреты старше 30 лет, чтобы горожане видели своего принца только
вечнозеленым.. эээ... вечномолодым). 250 км дороги (если не изменяет
память) между этими городами были довольно опасными. Правительственные
войска контролировали дорогу на 50 км от Пномпеня и на 50 км от
Кампонгсома. Остальные 150 км конролировали все по очереди
(правительство, красные кхмеры, местные крестьяне, бандиты и звери из
джунглей).
По этой причине белорусские вертолетчики осуществляли основные перевозки
по воздушному мосту Пномпень-Кампонгсом. Трезвыми никогда
они не бывали. И вот в один из дней славный экипаж в составе трех
невменяемых полесских хлопцев отправился в очередной рейс. Но то ли
береговая линия и море слились в одно целое, то ли они вообще уже ни
хрена не видели из-за количества допинга в полете, но посадили они свой
МИ точно в 15 метрах от берега... в море. Выбрались кое-как на берег и
позвонили в миссию ООН. Приехали французские военные, огладели пьяных
героев, оглядели торчащий из воды винт и грустно залопотали. На что
командир вертушки гордо поглядел на них, попросил "не ссы, лягушатники,
счас ме его подцепим" и связался по рации со своими. Через некоторое
время прилетел двухвинтовой тяжелый вертолет с главным белорусским
кудесником неба. Когда он вылез из машины, то все выяснили, что он самый
пьяный на всем побережье Сиамского залива. Сочно проматерившись и
справив нужду в море, он отругал виновато покачивающийся личный состав
и, выпив с этим составом "за успех", полез обратно в кабину.
Вертолет он поднимал на глазок на двух тросах при сильном волнении.
Когда вода начинает покидать поднимаемый вертолет, то он становится
легче и подпрыгивает вверх. Учитывая вес вертолетов, волнение моря,
загрузку аварийной машины, состояние пилота и высоты проведения работ,
все французы сделали вывод, что пора готовиться к поминкам. Операция по
подъему заняла 15 минут безо всяких отклонений от нормы вопреки всем
законам аэродинамики. Когда командир покинул вертолет после операции под
бешеные аплодименты французов и крики "браво", то первое, что он сделал -
приложился к бутылке со словами:
- Да хрен ли... Не наше белорусское болото... я из него танк тягал, так
он чмокнул и так подскочил, что стволом ПКТ меня чуть девственности не
лишил.
Потом задумался, хлебнул и добавил тихо:
- Хорошо хоть трос не выдержал и лопнул... а то б и меня засосала
опасная трясина.

 

Прислал: eku
35

0 2218 0|+35