Председатель колхоза “Красная Заря” Петр Владимирович Иванов протер глаза и в третий раз углубился в чтение телефонограммы, которую принесла ему секретарша Катя. К сожалению, содержание послания из райцентра от этого его действия никак не изменилось — оно по-прежнему гласило, что по итогам первого квартала 1986 г. всем сельскохозяйственным объединениям района надлежит предоставить отчет за указанный период о проведенных среди крестьян мероприятий по борьбе с “растлевающим воздействием капиталистической псевдокультуры”. К таковым Петр Владимирович мог отнести к текущему моменту (а читал он телефонограмму 28 марта) только проведение “народного гуляния, посвященного празднику Масленица”. Согласно разнарядке это мероприятие также проходило, как “меры по реализации антиалкогольной кампании” и должно было сопровождаться сожжением чучела пьяницы. Макет алкоголика действительно сожгли, однако, по причине отсутствия на празднике ! руководства района, “борьба с пьянством” превратилась в фарс.

Тем не менее ситуация была такова, как она есть, и надо было срочно предпринимать какие-то меры. Ситуация осложнялась еще и тем, что на дворе стояла пятница (организация, казалось бы очевидного, народного гуляния в преддверии выходных грозила вылиться в срыв подготовки к посевной), а квартал заканчивался в понедельник. И тут Петра Владимировича осенила блестящая идея — надо пригласить лектора, тем более, что в райцентре были определенные связи с известным народным агитатором Василием Полторовичем, человеком с московским образованием, застрявшим в глубинке из-за пристрастия к “зеленому змию”. Полторович слыл универсальным оратором и уже выступал в колхозе с лекциями “О вреде колорадского жука” и “Преимущества безалкогольной свадьбы”, поэтому сомнений в том, что в его арсенале найдется что-нибудь соответствующее моменту, не возникало. Для ангажирования столь ценного выступающего Иванов вызвал местного балагура Савелия, которому поручи! л немедленно выехать в райцентр и “кровь из носу” к понедельнику доставить Полторовича в “Красную Зарю”. Для убедительности аргументов посланнику выделили полкило сала, две бутылки самогона и двадцать рублей денег. После того как гонец отбыл, Петр Владимирович выдал задание деревенскому художнику “художественно изобразить” афишу предстоящего мероприятия. До сведения колхозников же довели, что в понедельник в клубе намечена культурная программа.

В воскресенье вечером селяне смогли почерпнуть из красочного объявления вывешенного на дверях клуба, (щедро украшенного цветами, явно не произраставшими в местных краях, но, по мнению художника, наиболее точно отражавшими растлевающее влияние западных стран) что “31 марта в 19.00 в здании клуба состоятся:

Лекция о вреде псевдокультуры (лектор В. Полторович) Демонстрация к/ф “Ангар-18” (производство США)”.

Надо сказать, что личность оратора сама по себе могла обеспечить почти 100%-ю явку колхозников, а уж показ американского кино и вовсе гарантировал полный аншлаг. Селянам Полторович нравился, прежде всего, умением доходчиво (даже с юмором) донести до слушателей суть сложнейших мировых проблем (чего стоит хотя бы выявление связи между “ростом гонки вооружений, развязанной капиталистическими странами” и дефицитом конфет марки “Сливочная помадка” на прилавках продмагов района), на которые он всегда сбивался в середине любой лекции, видимо, сказывалось прошлое политагитатора, а также тем, что не чурался общения с простыми колхозниками на почве потребления самогона.

В понедельник, 31 марта, Петр Владимирович Иванов завершил свой рабочий день ровно в 18.00, с тем, чтобы успеть сходить домой поужинать и переодеться к лекции. В 18.30 он подошел к зданию клуба, ему навстречу выскочила секретарша Катя и по ее встревоженному лицу стало ясно, что есть какие-то проблемы. Оказалось, что Савелий с Полторовичем еще не приезжали. По мере приближения начала мероприятия, напряжение Иванова росло, ибо срыв лекции грозил вызовом в райком и неприятностями по административной линии. Но вот без трех минут семь в дверях клуба появился Полторович и нетвердыми шагами прошел на трибуну.

Выходные для лектора прошли в тяжелой борьбе с трезвостью. Приезд Савелия совпал с днем рождения соседа по лестничной клетке, который продолжался два с половиной дня. В понедельник в полдень чувство долга у Савелия перебороло сон и он, разбудив Полторовича, напомнил ему о предстоящей лекции. Василий подумал и согласился ехать, выдвинув условие немедленно выпить (за счет устроителей лекции) пива. Последнее, однако, было в дефиците и отпускалось только с двух часов в одном из магазинов райцентра, к которому, как правило, выстраивалась огромная очередь. Именно это обстоятельство послужило причиной позднего приезда оратора в “Красную Зарю”. Причем по дороге Савелия разморило до такой степени, что он не пошел на лекцию, а устроился спать на ступеньках клуба.

Когда Полторович взошел на трибуну, он отчетливо осознал две вещи, что не помнит темы лекции и что выпитое пиво просится наружу. Поэтому он решительно подмигнул председателю, как бы приглашая его анонсировать лекцию. Иванов встал лицом к залу и сказал: “Товарищи, тише, пожалуйста. Сегодня товарищ Полторович прочтет лекцию о растлевающем воздействии зарубежной псевдокультуры. После лекции просмотр кинофильма. Передаю слово товарищу Полторовичу.”

Василию немного полегчало, ибо теперь он знал тематику собственной речи. Из наиболее растлевающих элементов западной псевдокультуры Полторовичу в тот момент вспомнился видеофильм “Рембо”, который он подпольно посмотрел у своего приятеля филолога два месяца назад, будучи проездом в Москве. Яркой молнией в мозгу Василия мелькнуло слово bullshit, значения которого он не знал, но которое частенько употреблял главный герой фильма. Счастливое озарение заметно приободрило лектора, и он хорошо поставленным голосом сказал: “Товарищи, тема моей лекции “Что такое bullshit, и как с ним бороться”. Этимология слова bullshit относится к 1678 г., когда в простой немецкой деревне, пораженной средневековым феодализмом...”. Модное слово “этимология” Василий узнал от того же приятеля филолога, основу же лекции Полторович заимствовал из брошюры “Истоки немецкого революционного движения и средневековый феодализм”. Пару раз оживив с! вой рассказ о Германии словом bullshit, лектор доверительно сообщил, что теперь это понятие стало неотъемлемой частью загнивающей западной культуры. После этого он вкратце описал современное состояние внешнеполитической сферы и не преминул сообщить, что bullshit чужд не только городским, но и сельским жителям СССР (“наши доярки и пастухи, ежедневно вдыхающие здоровый запах коровников не знают, что такое bullshit, и это правильно”) и выразил надежду, что эта зараза никогда не придет на территорию самого замечательного государства в мире. После этого оратор предложил ответить на “попытки западных агрессоров принести bullshit на советскую землю” увеличением поголовья скота и превышением годового плана по надою молока, и на этой восторженной ноте завершил лекцию.

Аудитория приветствовала это аплодисментами. Лекция была довольна краткой (по известным причинам) и одновременно захватывающей (благодаря искрометности оратора), хотя по-прежнему оставалось неясно каким именно образом западная культура намерена растлевать советских граждан, также оставалось загадкой как при этом используется bullshit. Иванову же показалось, что столь краткое выступление может и не потянуть на "отчетное мероприятие" он решил дополнить его небольшой дискуссией и поэтому, встав со своего места, произнес: “Большое спасибо товарищу Полторовичу за содержательную лекцию. Будем задавать вопросы”. При этих словах он с надеждой осмотрел зал, в глазах слушателей читалось желание приступить к просмотру фильма. Ясно ощутив, что поддержки от зала ждать не приходится, председатель спросил сам: "Товарищ Полторович, а не могли бы Вы поподробнее рассказать о том, что есть такое этот самый bullshit?". Одновременно с этим Петр Владимирович заметил, что секретарша К! атя сидевшая недалеко от него делает ему какие-то непонятные знаки, по всей видимости, призывая его подойти к ней. Председатель показал ей, что занят и разберется с ее проблемой позже. Василий ответил ему не более чем с секундным промедлением: "Очень правильный и своевременный вопрос поднял товарищ Иванов. Действительно, что такое bullshit? Проявление ли это реакционных действий милитариски настроенных западных держав или свидетельство разрушения всей капиталистической системы? Затрудняюсь ответить, скорее всего, и то, и другое, но, тем не менее, хочу подчеркнуть, товарищи, что как бы ни старались шакалы западной прессы, пытаясь приписать это чуждое явление нашей с вами действительности, мы должны помнить, что светлые идеалы коммунизма не приемлют никакого проявления bullshit."

Упоминание "светлых идеалов коммунизма", очевидно, не предусматривало никаких дополнительных разъяснений слова bullshit, поэтому Иванов решил зайти с другой стороны и спросил: "Товарищ Полторович, а не могли бы Вы привести для наглядности какие-нибудь примеры клеветы западной прессы на нашу действительность?". При этом председатель бросил взгляд на Катю, которая продолжала свою странную жестикуляцию.

Лектор вдруг вспомнил, что на последнем заседании в Облкультуре до сведения народных агитаторов довели распоряжение сверху "о необходимости более активного освещения текущих недостатков, в связи политикой гласности, одобренной партией и правительством". Полторовичу показалось, что представился отличный момент для реализации указаний сверху: "Вот представьте товарищи, что в западной прессе напишут, что в колхозе "Красная Заря" bullshit можно обнаружить везде, да хотя бы возле коровника. Это же чудовищная ложь, я бы сказал — провокация. Да, у нас есть недостатки. Например, плохо чистятся дороги, фермы и те же коровники. Но мы не боимся открыто говорить об этом. Да и на партсобрании можем сказать в лицо товарищу Иванову, мол, Петр Владимирович, у тебя коровье и бычье дерьмо (или гавно, кому как больше нравится) раскидано по всему колхозу. Ты давай удобрения то не транжирь, а собери в одном месте, — это будет дело. И таких примеров миллионы. Наглая клевета на советс! кую действительность используется капиталистической прессой для того, чтобы отвлечь внимание трудящихся этих стран от насущных проблем, таких как безработица или ущемление прав чернокожего населения в США. Мы это неприемлем и будем решительно пресекать все попытки капиталистов подорвать веру народов мира в светлое будущее социализма".

Перспектива затягивания дискуссии вызывала рост недовольства в зале, ибо большинство селян было уже готово к просмотру фильма. Председатель очень чутко подметил это и прекратил диспут, еще раз поблагодарив Полторовича за содержательный доклад. Василий, услышав спасительную для своего организма фразу, стремглав выскочил из здания клуба и, отбежав едва ли на десяток метров, стал размывать ноздреватый снег избытками жидкости своего организма, одновременно с этим блаженство приятной теплой волной разливалось по его телу. В это время селяне с удовольствием начали смотреть фильм "Ангар-18".

Иванов же вышел не спеша и, опершись на перилла клуба, закурил. К нему подошла Катя и немного смущаясь сказала: "Петр Владимирович, я вот в словаре посмотрела, там написано, что bullshit — это, как бы сказать помягче, гавно."
"Это ничего", — ответил председатель, "главное мероприятие прошло хорошо. Ты только не болтай об этом нигде". При этом Иванов улыбнулся собственным мыслям, день 31 марта прошел в его жизни хорошо.

 

Прислал: eku
1

0 656 0|+1