Когда я был в первом классе, учительница у всех у нас выясняла: «Кто ваши родители»? Профессии были довольно обыкновенные и только одна девочка сдуру сказала, что ее папа мотоциклист. И это была правда. Он по магазинам развозил на мотоцикле с железной коляской, ящики с бутылками. Сказала бы: папа водитель, а то нет же – мотоциклист.

Дети существа жестокие, к этой девочке так и приклеилась до 10-го класса кличка – Немецкая мотоциклистка (фамилия ее Немцова).

Вроде бы наше-то цветное время появилось столько новых, небывалых ранее профессий, что вроде бы и удивляться немодно, но я недавно все же удивился...

У сына первоклассника, учительница по обыкновению всех опрашивала: а кто же собственно ваши родители? (ничего на свете не меняется) Все родители, как родители, но один мальчик выдал: мой папа работает хоккеистом. Все конечно сказали, что это круто (слово респект они еще не проходили), да и только.

Я заинтересовался и попросил сына узнать у этого мальчика: папа сам играет в хоккей или работает тренером?

Выяснилось, что таки да, играет почти каждый день на позиции вратаря, хоть ему уже 45 лет. Все это было как-то странно.

Природное любопытство меня не отпускало. Я попросил жену узнать поподробнее. Она у меня как раз жизнью школы охотно интересуется: чешки, сменки, классные поборы... знает всех мамаш класса.

Отвела сына в школу, встретилась с женой хоккеиста и вечером рассказала вот такую историю.

Папа этого мальчика — Михаил, никогда не думал о хоккее и уж тем более о карьере вратаря.

Лет 10 назад, он был офисным планктоном и как заведено у планктона, раз в году они всем отделом затевали что-то корпоративно-героическое, чтоб хоть немного почувствовать себя пусть планктоном, но хоть не офисным, а настоящим океанским...

Решили поехать в ледовый дворец оплатить на часик лед и сыгрануть между собой в хоккей. Поскольку Миша единственный из всего отдела вообще не держался на коньках, его нарядили в казенную сбрую и поставили в ворота.

Он и раньше не любил ни футбол, ни хоккей, но тут сбиваемый маленькой злобной шайбой с ног, так и вовсе возненавидел все это дело...

Уйти, все бросить нельзя: начальник — колобок на конечках хочет выиграть, да еще сука покрикивает за пропущенные голы.

И вот в очередной раз, когда Михаил удачно успел увернуться от летящей в него шайбы и пропустил гол, начальник прямо весь зашелся. Видимо он сам себе казался Валерием Харламовым, колобок стал орать матом на юного дебютанта, грозя страшными планктонными карами.

И Мишу прорвало, он решил, что ему нечего терять, кроме своей пищевой цепочки (он итак находился в самом ее низу), снял ловушку да и от души зарядил своему бигбосу в пластмассовый бубен.

Коллеги, не доиграв оплаченного времени, с радостью укатили с поля своего поверженного колобка.

Миша стоял в воротах один среди пустой площадки и думал:

— Мне 35 лет, ни перспектив, ни денег и вот только что умудрился работу потерять...

Видимо кого-то на верху наш бравый вратарь изрядно повеселил и этот «кто-то» решил взять его под свое крыло...

К Мише со скамейки запасных подъехали очередные пузатые хоккеисты и сказали:

— Правильно ты его "ушатал", деньги деньгами, но границу надо знать.

Миша:

— Какие деньги, я че-то не понял?

Хоккеисты:

— Так они уроды тебя еще и на деньги прокинули?

Короче давай постоишь у нас, оплата обычная 20 баксов в час, деньги вперед.

Миша:

— Кто кому 20 баксов в час?

Мужики отсчитывая деньги за два часа:

— А ты веселый...

С того дня Миша вот уже 10 лет работает хоккейным вратарем.

Каждый офисный супермен хочет быть нападающим, забивать голы и чувствовать себя Уэйном Грецки, а вот таскать в огромном бауле вратарские запчасти, весящие 22 кг никому не охота.

Про шайбой по лбу и коньками по горлу и говорить нечего.

Так Миша и живет – вечером хоккей с очередными чемпионами кредитного отдела, а ночью примочки, зато сам себе хозяин, кстати, его НХЛовские контракты с годами увеличились до 30-ти долларов в час.

А хоккей он все так же ненавидит...

 

Прислал: eku
206

0 6636 -11|+217